В норе трёхкомнатной с названием пещера
Жил муж, жена и несколько детей,
Вокруг была тревожной атмосфера,
Белели груды неопознанных костей.

Бродили хищники, один крупней другого,
И сильный слабого почти всегда сжирал.
Всё было жестко, грубо и сурово,
До пенсии никто не доживал.

Глава семьи – Степан Неандертальцев
Работал в обществе «Мясмамонтбивнишкур»,
Любил он у костра кружиться в танце,
Охотник был Степан и балагур.

Его супруга, та, что взял он силой
У краманьольцев восемь лет назад,
Была лохматою, беззубой и красивой,
Рожала раз в два года в аккурат.

Инессой звали все жену Степана,
Чудны у краманьольцев имена,
Когда являлся он в пещеру пьяный,
Была Инесса и учтива и нежна.

Взвалив Степана на супружеское ложе,
Что сложено по центру из камней,
Блох аккуратно чтоб не потревожить,
Снимала пальцами с загривка и ушей.

— Видать, нажрался забродивших ягод?
Когда же он зарплату принесет?
И шкуру мамонта жене в подарок,
Ведь дела нет, что вся семья сосёт

Неделю целую медвежью мосалыгу.
До них в пещере мишка жил.
Муж косолапого дубиной опрокинул,
И ей же голову медведю раскроил.

Медведь пещерный, крупная зверюга,
Питались им недели две,
На фарш печёнки отдала подруге
Соседке Нюрке, молодой вдове.

Её супруга тигр саблезубый
Порвал, когда тот шёл домой,
А та не горевала, муж был грубый,
Бил Нюрку он в живот ногой.

Её вернул из грёз воспоминаний
Крик детский и возня у очага,
Там дети мышь на части рвали,
В ручонках младшего мышиная нога.

Степан от суеты проснулся,
Лицо опухшее, заплывшие глаза,
Он громко пёрнул, потянулся,
Сказал Инессе : – Драная коза!

Воды подай, и сталактит быстрее
К башке моей несчастной приложи!
— Ты где нажрался, гад, засос на шее?
Откуда взялся, быстро расскажи!

— А то я приложу дубиной по затылку,
На раз поправится могучий организм.
Скажи, кто занял денег на бутылку?
Откуда взялся твой метеоризм?

— По вони судя, ты ел мясо носорога,
А я с детьми грызу сухую кость,
Уж третий день не топлена берлога,
Жилище наше отбивать пришлось

От вепря дикого, что пёр как трактор,
Через кусты и камни напролом.
Пришлось мне проявить характер,
Его я била кухонным столом.

— Но как его поднять сумела?!
Он весит килограммов сто.
Из сил последних, на пределе,
Два грузчика тащили этот стол.

От мебельного, к нам в пещеру,
Когда мы летом брали гарнитур.
— Ты не съезжай, что за мегера,
Затискала тебя на груде шкур?

-О чем ты говоришь, Инесса?!
Меня директор в шею целовал,
Он говорил «Я — двигатель прогресса!!»
Когда я мамонтов в болото загонял.

— Он обнимал и метил в губы,
Поцеловать хотел меня в засос,
Толкнул его я слишком грубо,
На первый раз попал он в нос.

— Я вырывался, но он крепкий,
И когда грамоту вручал,
Схватил за шерсть мою он цепко
И в шею он мне, гад, попал

Губами пухлыми своими,
Усами оцарапал щёку мне,
Сучил ногами я босыми,
Сжимая грамоту в руке,

Когда висел над полом сцены,
Нам в зале актовом вручали бересту.
Играл оркестр, туш военный…
— А покажи-ка грамоту мне ту!

Сказала недоверчиво Инесса,
В руке дубину мощной сжав.
— Ну, если очень интересно? —
Остатки сил в кулак собрав,

Степан поднялся, охая от боли,
Открыл с трудом он шкаф-купе,
Упал топор на ногу с антресоли,
Из камня цельного он вытесал себе

Его когда-то, для хозяйства,
Чтоб бить им зверя и врагов,
Он, падая, задел по яйцам,
Что свесились безвольно из трусов.

На ногу приземлился плавно
Тяжёлый каменный топор,
Ни тени боли на лице Степана.
С женой закончить чтобы спор,

В пальто все вывернув карманы,
Инессе грамоту принес.
-А на банкете были дамы?
Терзал жену один вопрос.

— Была главбухша, Марь Иванна,
И Валька одноухая была,
Припёрлась со своим шаманом,
Херню какую-то несла,

Что бубен у супруга чистой кожи,
А мы уверены — галимый дерматин.
За это били мы шаману рожу,
И кто-то в свалке спёр его часы.

Ну а потом кружились в танцах,
С дубинами скакали у костра,
Один из молодых неандертальцев
Сказал, что побеждал всегда.

Ведь лучший он в метании копья,
С ним спорил камнетёс Григорий,
Твердил ему, не лучший ничего,
Тогда-то и случилось горе.

— Да что у вас произошло?
Инесса плавилась от нетерпенья.
— Вначале было очень хорошо.
Поставили главбуха в отдаленье,

В её шиньон воткнули ананас,
Метали в цель мы копья с топорами…
— Попали?! — Да,.. Промазал Апанас.
Чуть ниже взял…С косыми то глазами..

— А что директор? – Тот смотрел сердито.
Через неделю годовой отчёт,
Дал тут же объявленье на Авито,
Главбуха на работу что возьмёт.

Инесса развернула свиток,
В формате А-4 береста,
Звериной жилой в круг прошита,
Не грамота, а красота!!!
,
— Возьмем в ИКЕА для неё мы рамку
Поставим грамоту в сервант!
— От головы дай мне поганку.
— Да ты в лекарствах дилетант.

— Виски сейчас тебе намажем,
Мышей летучих наскребу помёт,
Чуть потерпи и сразу ляжешь..
Но вдруг, огромный бегемот

В пещеру их пролезть пытался,
Детей с Инессой напугал,
Степан в тот миг не растерялся,
Топор он с полу подобрал.

Метнул его, как в Марь Иванну,
Рука Неандертальцева верна,
Несовместима с жизнью рана,
И сразу наступила тишина…

Степан прилёг, его слегка качало..
Болела и кружилась голова,
И челюсть верхняя о нижнюю стучала,
С трудом он произнёс слова:

— Ты дозвонись, родная, до работы!
Скажи, полгода точно не прийду,
Что появилась новая забота,
И выйду я тогда, когда сожру

С семьёй моей огромную зверюгу.
Проесть наружу нужно будет вход.
Я позвоню, заверила супруга,
Беззубо улыбаясь во весь рот…

Пименов О. 23.10.16г.