Жил, как умел, мужик Емеля,
Звёзд с неба не хватал,
Концы сводил он еле-еле
И к сорока заметно сдал.

Зарплату на заводе не платили,
Жена взяла восьмой кредит,
По телефону им звонили,
Грозили, что «Москвич» сгорит.

Восьмидесятых, почти новый,
От тестя унаследован болид,
В долг обещали дать Петровы,
У них десятку сын сидит.

Поют интеллигенты в хоре,
А мальчик их ограбил банк,
Теперь они слегка в миноре,
Но знают, деньги где лежат.

Назначен день, загружены лопаты,
Забрались с женами в «Москвич»,
По гороскопу выбирали дату
Задуманное чтоб достичь.

Река во льду, кругом сугробы:
— От той берёзы влево пять!
Долбите лёд, добраться чтобы,
И сейф с баблом со дна достать.

Ломали лёд, конечно, жёны
Себя Емеля маслом натирал,
Чтоб не были морозом застужЁны
Конечности, когда под лёд нырял.

Петров разметкой занимался,
Один он знал, где сейф лежит.
И не ошибся, постарался,
Вон бок его на дне блестит.

Емеля сделал вдох глубокий
И в прорубь смело он шагнул,
Мороз сковал его жестокий,
Емеля чуть не утонул..

Усильем воли он согрелся
И сейф верёвкой обвязал,
Вязать узлы любил он с детства,
Но тут Емеля увидал…

Придавленную сейфом щуку,
Ей ножка прищемила хвост,
Попалась глупо, вот так штука,
Тут щука задала вопрос:

— Как звать тебя, родимый, не Емеля?!
Благоразумно тот кивнул.
— Я вижу, совпадают цели,
Верёвку крепко затянул?!

Тогда тащи, что будет силы,
Освободи быстрей мне хвост,
Слугою буду до могилы,
И трудно вдруг тебе пришлось —

Скажи тихонько, я услышу:
«По воле щучьей будет так..»
Тебя, Емеля, я возвышу,
Известен будешь, как Маршак.

Петровы и Емелина супруга
Вступили в спор, живой он или нет,
Кричали и ругались друг на друга,
Устроили у проруби концерт.

Вода разверзлась, вынырнул ныряльщик,
Скорее удивлённый, чем замёрз,
Живой, румяный, настоящий,
Рукой потрогал синий нос.

Сейф извлекли на лёд мгновенно,
Как паровоз Петров тянул,
Все были счастливы безмерно,
Емеля в прорубь заглянул.

Увидел он, кругами ходит щука
На месте том, где сейф лежал,
Вильнув хвостом, ушла без звука,
О встрече с ней он не сказал.

А сейф протёрли полотенцем,
Петров набрал секретный код,
У всех заныло сладко сердце,
Ключ сделал плавный поворот.

Как пасть убитого дракона,
Сейф дверь наружу отвалил,
А в сейфе денег пол-вагона,
Успех всем голову вскружил.

Жена Петрова стала плакать,
А сам Петров вообще рыдал.
— Всё это срочно нужно прятать! —
Емеля тихо всем сказал.

Его супруга, рыжая Ирина,
На сейфе животом лежала вниз,
Шептала : – Наша половина!
«Всё пополам!» — её девиз.

Тем временем нагрянул вечер,
И всюду начало темнеть.
— Чтоб не был посторонними замечен,
В багажник нужно запереть! –

Озвучил мысль подельникам Емеля.
Ему не вняли, каждый занят был:
Жена на сейфе, словно на постели,
И всяк по-свойму из Петровых выл.

Емеля тут же вспомнил щуку:
— По щучьей воле будет так..
Чтоб сразу взяли себя в руки
И прекратили кавардак

Жена Ирина и Петровы,
Емеля щуку попросил.
И словно рухнули оковы,
И кто-то быстро объяснил

Ирине рыжей и Петровым.
Они втроём подняли сейф,
С задором радостно-весёлым
В «Москвич» воткнули, тот осел

От тяжести купюр, что в сейфе,
Петров мгновенно сел за руль,
Он деньги довести сумеет,
«Москвич» ведь это не жигуль.

Назад тихонько жёны сели,
Синхронно хлопнули дверьми,
Они все разом захотели,
Уехать возжелали вдруг они.

Поехали, и вот на перекрёстке
Стоит мужик с нашивкой ДПС,
Старлей, на вид совсем не броский,
Махая жезлом, вызвал стресс.

Петров послушно принял вправо,
Отдал права, страховку, тех талон,
Он думал, всё, пиши – пропало,
Не знал о щучьей клятве он..

— Откройте срочно мне багажник! —
Потребовал сотрудник ДПС.
Пока Петров смотрел в бумажник,
По щучьей воле сейф исчез..

Лопатник пуст, подмазать нечем,
Придётся видно открывать,
Ну, точно срок нам обеспечен,
— А сейф то где, твою же мать..!!!

Орал Петров, открыв багажник,
И делал это от души,
Убрал ненужный свой бумажник,
Надежды ДПСника лишив.

По крикам, что неслись снаружи,
Емеля понял, сейф исчез.
Исправно щука службу служит,
Вот это сказочный замес…

А в это время ДПС сотрудник
Узнать пытался, что за сейф,
Почуял видно что, паскудник,
Петров очнулся и нёс блеф.

Что сейфом он аптечку называет,
Излишне громко хохотал,
Старлей просёк, водитель заливает,
И молча за Петровым наблюдал.

Емеля загадал желанье
Мгновенно очутиться во дворе,
Озвучил только заклинанье,
Стоит «Москвич» их у дверей

Подъезда, где живут они все вместе,
И у багажника стоял Петров,
Уже он думал об аресте,
И сесть в тюрьму он был готов.

А тут чудес разверзлась пропасть:
Вдруг сейф исчез, исчез старлей,
Им неосознанная область.
— Друзья, пойдёмте в дом быстрей! —

Позвал Емеля дам, Петрова,
Шагали на негнущихся ногах,
Укрыла город ночь покровом,
Болтался месяц в облаках.

Сотрудник ДПС на трассе
Смотрел туда, где был автомобиль.
Там были пятнышки от масел,
А «Москвича» и след простыл..
_______________________________________________________________________

Сейф был на кухне у Петровых,
По центру прямо он стоял,
Вздохнули удивлённо жёны,
Но тут Петров решительно сказал:

— Кто объяснит, что происходит?
Как из машины сейф исчез?
И кто расскажет, как выходит,
Где тот старлей, что к нам полез

Багажник проверять и документы,
И как мы очутились во дворе?
Нужны мне срочно аргументы!
Старлей тянулся к кобуре…!!!

Срывался тенор на фальцет,
Вообще, Петров был нервный малый:
— Хотел он вынуть пистолет,
Начать чтоб счёт с меня кровавый!

Кричал Петров, заламывая руки,
Седыми волосами тряс:
— За что, скажите, эти муки,
Ведь чту УКа я отродясь.

Жена его, почти блондинка,
Накапала всем щедро корвалол,
Её все звали просто – Зинка,
И сразу стресс на спад пошёл..

Когда лекарство растеклось по венам,
— Я предлагаю деньги посчитать,
А чудеса, так это не проблема,
Нам повезло, довольно причитать, —

Сказала громко рыжая Ирина,
Она была не склонна к волшебству,
Горшок подвинув с георгином,
Испортив незначительно листву,

Освободила место под брикеты.
Петров набрал рукою слабой код,
Искал Емеля в брюках сигареты,
Жевала Зинка с сыром бутерброд.

Закончили считать глубокой ночью,
Сложили долг, проценты и пеню.
Понятно стало всем воочью,
Получит каждый сущую хуйню.

Всё заберут обратно банки,
Всучили Ирке, где кредит,
Из сейфа жалкие останки,
Чтоб водки взять, не повредит.

Емеле дали, чтоб быстрее
Спиртного где-нибудь достал,
Но тот не поддержал затею,
Под нос он что-то прошептал.

И тут опять случилось чудо,
О чём тогда твердил Петров,
Вдруг стол возник, на нём посуда,
Шашлык, икра из осетров.

Вот фрукты свежие на блюде,
Стоит коньяк, а там вино,
Сок из граната в том сосуде,
— Он что, ограбил гастроном?

Спросил Петров у Ирки с Зинкой.
Но те не слышали его,
Они на стол, как на картинку,
Глядели: — Чисто колдовство..

Сказали жены в унисон.
— Ну, наливай, чего стоять?
— Мне кажется, что это сон! —
Сказал Петров, но начал наливать.

Пока пихали в себя яства
И заливали их вином,
В желудках всё заняв пространство,
Емеля рассказал о том,

Как увидал под сейфом щуку
И кратко, щучий монолог.
Его хвалили, жали руку,
И бросили под потолок.

Тогда орал Петров: – Качаем!!!
Две бабы, тенор – не мужик,
Скомандовал: — Давай, кидаем,
И оторвали воротник.

А отдышавшись, пили стоя,
За щуку, за Емелю, чудеса.
Ирина мужа назвала героем,
Емеле теребила волоса.

Когда объелись до остервененья,
Исчез с посудой грязной стол,
На всех напало вдохновенье
Пошёл серьёзный разговор.

И первым был вопрос « Что делать?»:
С деньгами, сейфом, волшебством,
Ведь нет возможностям предела,
Взять сразу яхту, дачу, дом,

И всё на теплом побережье.
Петров просился в Геленджик,
Но из застенков достать прежде
Петровых сына. В тот же миг

Тот оказался на диване,
В трусах и с картами в руках:
— Не понял, чё с моим сознаньем?
Грудь почесал, всю в куполах.

И с силой затянувшись Беломором,
Сын строго посмотрел вокруг:
— В буру мы дулись с Митькой вором,
Тут вспышка и я дома вдруг..!!!?

Он встал, обнял отца и мамку,
Емеле руку крепко сжал:
— Я оттянул, похоже, лямку,
С тюрьмы никто так не сбегал!

Все объяснить ему спешили
Про сейф, долг, щуку, чудеса,
И ничего не пропустили,
Всё изложив за полчаса.

Роман Петров, так звали сына,
Вникая, лоб сурово хмурил :
— Такая значит тут картина,
Так вы волшебники в натуре!

Подвёл итог грабитель банков:
— Давайте, братцы, сейчас спать,
А расцветёт, мы спозаранку
Решим, что нам наколдовать.

Как провожать пошёл соседей,
Он тихо у Емели попросил:
— Так в продолжение беседы,
Год отсидел, и нет уж сил,

Так женской ласки мне охота,
Меня любой мужик поймёт,
Пусть щука бабу с крепкой жопой
Пришлёт, а утром заберёт.

Емеле, что, ему не жалко,
Он обратился к щуке снова,
В дверях возникла бразильянка
Сказав на русском: – Я готова!

Потом Роман Емелю трижды
Будил, чтоб щуку потревожить,
Хотел брюнетку из Парижа,
Потом мулатку с тёмной кожей.

Емеля спать хотел ужасно,
За день прошедший он устал,
И щуке приказал бесстрастно,
Чтоб Рома лёг и крепко спал.

Сквозь сон он слышал, на площадке
Ругалась баба на французском,
Емеля засыпая сладко,
Пробормотал: – Учите русский..
______________________________________________________________________

Чуть рассвело, Петровы на пороге,
У Зинки список в пять листов,
Они торжественны и строги:
— Ну что, Емеля, ты готов?

И у жены желания по списку,
Она спешит их мужу передать,
— Ты налила бы лучше виски,
И дайте мне сходить поссать, —

Похмельем мучаясь, просил Емеля.
— Отлично посидели мы вчера, —
Он рассуждал, валяясь на постели.
-Давай вставай, нас ждут дела..

Давили на него со всех сторон,
Шуршали списками желаний,
Какой-то сумасшедший дом,
Не дар волшебный, наказанье.

Он смог прорваться к туалету,
Как все исполнил чудеса,
По воле щучьей все предметы,
Он воссоздал за два часа.

Коттедж себе, коттедж Петровым
Он на Рублёвке разместил,
Всё было дорогим и новым,
И рококо был выбран стиль.

Машины, шубы, ожерелья,
Чуть Зинке увеличил грудь,
Петрова спас от ожиренья
И лишь тогда смог отдохнуть.

Но длился перерыв недолго,
Пришёл чумной от сна Роман,
Он посмотрел на папу строго:
— А это что тут за баклан?

Спросил у матери грудастой.
— Сынок, ты что, он твой отец!
И, кстати, выглядит прекрасно,
Подтянут, в- общем огурец!

Петров на сына не сердился,
Как никогда счастливым был,
Фигурой новой он гордился
И всё у зеркала ходил.

— Я вижу, время не теряли,
Пока я, как младенец, спал,
Вон сколь себе наколдовали! —
И Ромка список свой достал.

— Ты, дядь Емеля, первым делом
Пустой сейф с кухни убери.
— А деньги где? — спросил несмело
Отец Романа. — Где рубли?!

— Я деньги разделил по-братски,
Девчонкам ночью часть раздал,
Пусть купят, тушь, помаду, цацки,
Костюм себе на карнавал.

— Возьмет нарядный бразильянка,
Часть денег передам в общак.
— А как мы долг погасим банкам? —
Спросила Зинка. – А никак…

Емеля на вопрос ответил.
— Долги все щука обнулит.
— Я поддержу идеи эти!
— Пусть их лицензии лишит!

Все предложенья смаковали,
Крутился перед зеркалом Петров.
— Людей, как липку ободрали,
Оставив населенье без трусов, —

Ирина продолжала возмущаться,
Емеля заклинания шептал,
Закончить он быстрей старался
И нервно список в руках мял.

У зеркала устав вертеться,
Петров официально заявил:
— Друзья мои, читал я в детстве,
Как в хижине Том негр жил.

— Все дядьку Тома обижали
Грубили и кричали иногда,
Его чуть Хейли не продали,
Спросил у мамы я тогда:

— Когда наступит справедливость?
Как белым дядькам насолить?
— Сынок, чтоб что- то изменилось,
Всего лишь нужно посадить

Им негра в кабинет овальный,
На должность президента США.
— Петров, а ты мужик брутальный,
И мысль твоя до крику хороша.

Ирина посмотрела с восхищеньем
На тенора, худого, как скелет.
— Ну, если больше нету возражений,
Назначим негра в круглый кабинет!

Подвел итог замотанный Емеля,
Попутав формы кабинетов в США,
Страдал ещё от сильного похмелья,
И щуку попросил он не спеша:

— По щучьей воле и желанию Емели,
За дядю Тома дабы отомстить,
Американцы чтобы захотели,
В дом белый негра пригласить

На должность президента штатов.
Тут зазвонил в квартире телефон:
— Емеля, это щука, ты там датый?
Исполнила уже тебе вагон

Желаний разных и Петровым тоже:
Коттеджи, шубы, сиськи, рококо.
А вас там справедливость гложет.
И вы в политику полезли высоко..

Ругалась на Емелю щука,
Кричала прямо, как на пацана.
Тот слушал, не издав ни звука.
— Но клятве я своей верна!

Та подытожила в финале:
— Назначу негра, так и быть,
Но больше чтоб меня не звали,
Не буду я тебе служить!

И щука положила трубку,
Пошли короткие гудки,
Емеля подождал минутку:
— Налейте водки, мужики!

Устало попросил Петровых,
Ему набулькали в стакан:
— За нас весёлых и здоровых,
Большой привет от щуки вам!

Его он выпил одним залпом,
Занюхал правым кулаком:
— За дядю Тома, мне не жалко..
И на пол рухнул он ничком…

Пименов О. 11.10.16г.